Штыком и пером

29 апреля 2020, 11:24 1066

«Выпьем за победу, за свою газету,
А, не доживём, мой дорогой,
Кто-нибудь услышит, снимет и напишет,
Кто-нибудь помянет нас с тобой...»
Константин Симонов  «Песня военных корреспондентов»

Коллектив редакции 1950-х годов. Стоят (слева - направо) А.Н. Наторин, Т.И. Бубнов, Л.П. Короткий, Л.М. Калиниченко. Сидят: О.М. Чувашов, Л.А. Израелович, И.И. Скоркин. Фото из архива редакции.

   В годы войны  профессии у них были, в общем-то, далеки от газетных. Хотя... Как знать? Майор Земляченко свой боевой путь прошёл в пехоте политруком, замполитом роты, батальона, стрелкового полка. А, значит, наверняка был связан с фронтовой печатью, встречами с журналистами армейских изданий, проведением политических информаций и занятий с личным составом с использованием, конечно же, газетных материалов. Не удивительно потому, что он, человек, от природы наделённый  зорким взглядом, наблюдательностью,  бесценным житейским опытом,  познавший на себе и упоение в бою во время наступлений,  и горечь на душе в дни отступлений, повидавший однополчан  - и офицеров, и рядовых - в самых что ни на есть   пиковых, экстремальных ситуациях, после демобилизации стал работать в газете.
     И старожилы Мичуринска наверняка помнят (или вспомнят?) выступления в "Мичуринской правде" заведующего отделом партийной жизни Ивана Петровича Земляченко на самые острые, наиболее злободневные  темы, связанные с застройкой, развитием, разными сторонами жизни города. Должность обязывала Ивана Петровича писать на скучные темы: о деятельности первичных  партийных организаций (а их насчитывалось в городе в те 1970-е годы, в его бытность почти полтораста), о проведении бесконечных партийных собраний, активов, пленумов, заседаний партийных бюро и парткомов, о ходе партийной учёбы (формальной до занудства!)... А он, выбираясь из пут "обязаловки", умел находить для своих корреспонденций  интересных людей, новые адреса. И рассказывал затем  обо всём узнанном, увиденном, услышанном просто и бесхитростно, на вполне доступном языке, том, на котором в большинстве своём  и говорит народ - без вычурности и псевдо красот. Кстати, выступая обозревателем газеты  на еженедельных редакционных летучках, проходивших в кабинете руководителя "МП" Игоря Александровича Крылова, наш собрат по перу Иван Петрович Земляченко если за что и критиковал, поругивал коллег, так это за  словесные "выкрутасы" и англоязычные заимствования слов, которых он терпеть не мог. И которые, к слову сказать, сегодня переполняют нашу реальную действительность, отражаясь в зеркальном виде и в  средствах  массовой информации - причём, порой -  действительно  сверх  всякой меры...
    Призванный в армию студентом Томского технического   вуза в первые дни войны, Леопольд Артурович Израелович, в боях дважды тяжело раненный, что впоследствии серьёзно отразилось на зрении, командовал взводом связи. По счастью   остался  живым, побывав в таких опасных переделках, о которых можно сказать лишь словами писателя и фронтового  корреспондента "Красной звезды" Константина Симонова:  "Война такой вдавила след, и стольких наземь положила, что двадцать лет, и тридцать лет живым не верится, что живы...". Страшные  были его рассказы, воссоздававшие картины подготовки  атак,  развёртывания наземной  связи с тяжеленной  катушкой проводов на плечах  - ладно по грязи и по снегу, авось, бойцу - телефонисту к такой обстановке не привыкать, а вот - под шквальным пулемётным и миномётным огнём противника, при этом - неизбежные потери  связистов...
      Зная истинную цену фронтовому братству, верный памяти о павших друзьях-товарищах, заместитель редактора "Мичуринской правды", очеркист и фельетонист Артур Лео, как он любил подписывать свои материалы, Леопольд Артурович Израелович был в числе самых настойчивых, самых активных энтузиастов, добившихся строительства в Парке Славы мемориала в память о   мичуринских воинах, в "сороковые - роковые, свинцовые, пороховые"  этой дорогой уходивших от стен военкомата к вокзалу,  к ожидавших  отправки на фронт войсковых  эшелонов... Не сосчитать, сколько сияло наград  на праздничных пиджаках наших старших товарищей - фронтовиков Ивана Петровича Земляченко, Леопольда Артуровича Израеловича, когда они выходили "при параде" на празднование великого ДНЯ ПОБЕДЫ!  И среди этих наград особо выделялись наиболее ценимые окопниками - армейцами медали "За отвагу" и отливающие  эмалью цвета крови - ордена Красной Звезды.  Солдаты Великой Отечественной не понаслышке, не из фильмов и книг, а по себе  знали, кому,  за что и какой ценой даются эти высокие  знаки отличия.
 Наборщиком в армейской походной типографии работал... хотя, как "работал"?  Воевал, жил, служил, в критических ситуациях меняя наборную кассу на винтовку и противотанковые  бутылки с зажигательной смесью (в первые годы войны далеко не всем бойцам хватало гранат)  участник обороны Ленинграда Иван Ильич Скоркин. Он часто обращался в своих  послевоенных воспоминаниях к тому  страшному периоду блокады великого города на Неве, охране единственной Дороге жизни, ведущей по льду замёрзшего Ладожского озера к переживающим ужасы осады ленинградцам, доставке продовольствия и боеприпасов при бомбёжках вражескими самолётами, вывозе людей под покровом ночи...
    Непростая и нелёгкая доля досталась двум сыновьям  ответственного секретаря "Мичуринской правды", кудесника печати, макетирования номеров Ивана Ильича Скоркина - неутомимого труженика, доброго и отзывчивого человека, никогда не поддающегося печали... Может  быть, когда-то об этом придётся рассказать подробнее. Да, чтобы всё было так,  как в бессмертной песне времён войны:  "Кто-нибудь  услышит, снимет и напишет"... К чести "Мичуринской правды", её журналистов, краеведов   действительно, никто из наших коллег - фронтовиков не забыт и ничто не забыто.   
      К сожалению, мало оказалось чего известно ещё о некоторых бывших сотрудниках городской газеты - ветеранах войны - заведующем отделом  писем Алексее Тихоновиче Масликове - впоследствии собственном корреспонденте газеты "Вперёд" (Воронеж) по Мичуринскому отделению Юго-Восточной железной дороги. Корреспонденте Андрее Павловиче Наторине  - прекрасном рисовальщике, замечательном репортёре, умеющем в любое время дня и ночи, при любых обстоятельствах добывать нужную газете информацию на самые разные темы... Известно лишь, что окончание войны он встретил на границе с Японией, где Красная  армия сохраняла полную боевую готовность, не исключая вторжения войск императора со стороны Страны восходящего солнца...
    Всегда скромной, всегда спокойной помнится Людмила Дмитриевна Карандеева, не просто безупречный корректор, а и настоящее бюро проверки в одном лице,   воспитавшая достойных учеников - продолжателей её сложной профессии. Она  также находилась на фронте - заслуженно, по праву принимая наши сердечные поздравления в майские праздничные дни. А сколько приходило в редакцию внештатных авторов - ветеранов войны,  бесценных наших помощников, для которых  участие в газете было таким же органичным состоянием, как  сама жизнь! Потерял руку в боях при освобождении Донбасса, но нашёл себя в добровольном служении журналистике Серафим Михайлович Хроменков, каждый месяц - об этом мы узнали совершенно случайно - перечислявшем из и так небогатой своей пенсии какую-то сумму в Фонд мира. Не имея семьи, он готов был с утра до вечера пропадать в редакции, радуясь тому,  что он здесь всегда свой среди своих - нужный, безотказный, исполнительный...
    Не вру, так происходило на самом деле, чему был не раз живой свидетель - они всегда смеялись, протягивая при  встрече  друг другу по одной уцелевшей руке – оба заядлые шахматисты, Серафим Михайлович Хроменков и Николай Павлович  Ясаков, сражавшийся до тяжёлого ранения  под Бреслау, после войны - корреспондент многотиражной газеты "За коммунистический труд"  в то время ещё паровозоремонтного, затем локомотиворемонтного  завода. Редактором которой был тоже участник Великой Отечественной войны Евгений Алексеевич Баранников.
  Пусть простят меня  фронтовые наши учителя - Царствие им небесное! -  что приходится рассказывать о них так скупо... Но, им ли было  не знать, что такое узкие газетные рамки?  Пусть   простят и все, кто не назван  в этих поминальных заметках, в частности, бывшие работники  городской типографии, которых тоже опалила война. Не названы только потому, что нельзя  объять необъятное. Но, верьте: всегда, в каждом доме, и в каждой семье,  зажигая свечи памяти в каждый  праздничный День Победы - праздник,  ценнее и величественнее которого нет никакого иного  на всей нашей  земле - люди  низко склоняют головы в благодарном поклоне, вспоминая всех участников войны, знакомых и незнакомых, известных и безвестных героев сражений, а, значит, вспоминая и вас, и всех - всех - всех,  кого опалил огонь   безумного ада, страшного пекла, горнила жути, именуемого войной.
  Спасибо вам, боевые генералы, офицеры и рядовые! Спасибо вам, беззаветные  труженики тыла! Спасибо за всё. Всё, что мы услышим - снимем и напишем -   наш Бессмертный полк и - вечный бой!

Валерий Аршанский, сотрудник  Мичуринской правды" с  1973 года.