Где ты, Новый год?

10 января 2012, 08:52 1765
© Мичуринская правда - http://www.michpravda.ru/ (01/10/2012 - 09:51)

Рисунок Тамары Поляковой.

Тоська проснулась радостная, счастливая. В комнате пахло свежим хлебом и красками. Отец до поздней ночи рисовал новогоднюю картину для района. Очень большая картина, до самого потолка. Углём на белой ткани изобразил Деда Мороза со Снегурочкой. Они ведут за ручки какого-то мальчишку, такого хорошенького, что Таиска, увидев его, завизжала от восторга. Отец объяснил, что малыш - это Новый год. Он всегда приходит к людям вот таким маленьким, а потом становится как этот Дед Мороз. Папа у Тоськи - настоящий художник. Он работает в школе, учит детей рисовать. А мама там - самая главная. Она директор. Семья живёт рядом со школой, в маленьком домике для директора.
Мама уже достала из русской печи пышки. Они остывали на столе, так вкусно пахли, что девчонки глотали слюну. У Тоськи две сестры. Погодок Лидушка и самая младшая - Галинка. Они тоже с интересом разглядывают картину. Отец раскрасил шубы Деду Морозу и Снегурочке. Снегурочка - красавица. Вылитая Галинка, только коса подлиннее. Но больше всех сестёр заинтересовал мальчишка, которого они вели за руки. Курточки и штанишки красные, а шапочка с белым отворотом и помпончиком. На отвороте отец красиво цифры выводит. Лида уже умеет читать по слогам и знает числа. Учится в первом классе. 1954 - объясняет сёстрам.
- Это такой Новый год к нам придёт, - говорит отец. - А наш старый год пока 1953-й.
- А к нам домой придёт этот мальчик Новый год?
- Обязательно. И к нам, и ко всем - ко всем. Девчонки в восторге. Мама торопится в школу, папа тоже. Просит Тосю, чтоб ничего не подрисовывала на картине. А ей уже хочется снегирей и синичек, летящих сверху, изобразить. Отец на всякий случай прячет палитру с красками на шкаф. Думает, что сёстры её не достанут… Лидушка причесала Галинку и Тоську, заплела им косички и уселась писать что-то в тетради. Она училась во вторую смену. Школа была маленькой, а детей много-много. Снегирей и синичек Тоська не успела нарисовать. Отец подъехал на школьной лошадке. Погрузили картину на розвальни и увезли в район.
Вернулся он, когда было темно. Такой весёлый, с мешком. Нос, как у Деда Мороза. А в мешке - подарки всякие. Мама успокоилась, заулыбалась. Стала с детьми раскрывать коробки. В одной были шары стеклянные блестящие, кукурузки золотые. Ещё радио новое. Ящичек красивый, деревянный. Спереди затянут шёлковой тканью с тесьмой и ещё ручка сбоку круглая. Всё круглое Тоська называет ретатулькой. Отец включил проводок от радио в розетку. Из коробки громко кто-то стал говорить про Новый год, про успехи всякие. Мама хотела повесить ящичек повыше, но не нашла места и, обращаясь к девочкам, сказала:
- Дети, очень вас прошу не резать репродуктор, не лезть внутрь. Там нет никого. Это техника такая.
Недавно Тоська разрезала старое радио, думала найти там людей, которые разговаривают, поют. Там ничего не было. Железный обод, проволочки. Радио замолчало навсегда. Отец объяснил, что порезали колебательный контур и звука не будет. А теперь опять в доме весело. Музыка, песни, детям сказки рассказывают.
Для школы привезли большую ёлку и маленькую - для директора. Отец опять поехал в район, пообещал, что будет большой сюрприз. Мама опять волновалась, но папа вернулся быстро и принёс большой чемодан и ещё коробки. Папа у нас добытчик. Все его уважают, называют - талант. В чемодане было что-то необыкновенное. Открывается крышка, в ней, в большом кармане плотно лежат чёрные с красной серединкой и дырочкой большие блины. На нижней крышке был синий бархатный круг со штырьком в центре. Девчонки от любопытства открыли рты.
- Патефон! - торжественно объявил отец. Вытащил сбоку ручку и стал её крутить. - Внутри патефона - пружина. Сейчас её накручу, и будет чудо!
Положил на круг блин, снизу достал изогнутую трубку с красивой ретатулькой на конце, вставил снизу колючую иглу и опустил на крутящийся блин.
- Это называется пластинка, а не блин, - объяснил отец. И чудо состоялось! Пластинка зашипела. Какая-то тётя громким голосом на весь дом запела.
- Валенки да валенки…
Девочки думали, что так громко и красиво может петь только их мама, а тут из чемодана ещё тётя голосистая появилась.
- Это наша знаменитая певица Лидия Русланова, - пояснила мама притихшим от удивления дочерям. - Только не ищите, ради Бога, её в патефоне. Это его для школы отец достал, к Новому году.
Сёстры огорчились. А у папы была ещё большая коробка и в ней много маленьких куколок. Дети отвлеклись, а родители быстро спрятали куда-то патефон.
Ёлка уже стояла в углу, пушистая, пахучая и до самого потолка. Куколки из коробки оказались ёлочными украшениями. Были все по парам. Мальчик с девочкой.
- Страна, в которой мы живём, очень большая, - рассказывал отец. - Мы с вами русские. - Достал из ящика мальчика и девочку. - Это наш национальный наряд, мальчик в рубахе с пояском, девочка в сарафане, с косой до пояса. Личики расписные, красивые. - У нас 15 республик, - с гордостью сказал отец, - и столько же пар куколок. Ручная работа.
Всех усадили на ёлку. Ножки проволочные, ваткой обмотаны, как валенки. Ловко на ветках расселись. 30 штук, прекрасная компания получилась. Засверкали шары и кукурузки. На самой верхушке заалела стеклянная звезда. Во второй комнате мама накрыла стол.
- Это вам новогодний ужин, а мы с отцом уйдём Новый год встречать в школе. Там будут все учителя, председатель колхоза и с сельского Совета люди. А за вами присмотрит Марья Петровна, чтобы не натворили ещё что-нибудь.
Марью Петровну дети звали Машей Ляпиной. Она в школе работала сторожем и уборщицей, звонила в колокольчик на урок и с урока, топила зимой плиты в каждом классе. Жила она одна на отшибе и с удовольствием согласилась присмотреть за резвыми девчонками.
Мама надела самое красивое платье. Отец взял из укрытия патефон. Маше Ляпиной строго настрого наказали, чтоб дети не брали ножницы и ножи, а то вырежут все цветы на занавесках, репродуктор порежут.
- Глаз с них не спускать. А утром будет вам магарыч, - пообещал отец.
- Ну, дык, всё будет в порядке, - успокоила нянька.
- Новый год придёт к вам обязательно, - сказала мама. - Слушайте радио.
Родители ушли, а сёстры сразу договорились, что достанут этого мальчишку, когда он будет их поздравлять, угостят его пастилой и пряниками. Жаль, патефон унесли. Поплясали бы вместе. Покажут ему всех куколок. И, может, он останется с ними и не станет старым, как Дед Мороз.
Тосю очень заинтересовал магарыч. Об этом она спросила бабу Маню.
- Ну магарыч… Это, - она достала из кармана своего полушубка бутылку, щёлкнула себе по горлу, налила в стакан доверху пахучего самогона. Выпила всё и захрустела огурцом. - Вот это и есть магарыч.
Ужин был вкусный. Девочки за компанию ели с аппетитом и оставляли для мальчика Нового года всякой еды.
Окна школы светились, слышно было музыку, песни. Тоська вздохнула и включила радио. Тоненький детский голосок поздравлял всех с Новым годом. Ножи и ножницы нянька спрятала себе под подушку. Она устроила себе постель в углу на сундуке. Отец не догадался спрятать свою опасную бритву, и сёстры ею разрезали плотную ткань на ящике. Но внутри радио опять никого не было. Коробочка, кругленькая ретатулька, наверное, контур, а мальчика в красной курточке не было, хотя он всё ещё говорил и стихи читал. Огорчённая Галинка чуть не заплакала. Но сёстры решили её рассмешить.
Бабулька уже спала крепко и храпела на весь дом. Тоська взяла кисточку, нашла палитру. Чёрной краской ловко подрисовала спящей усы. Очень смешно баба Маша отмахивалась от кисточки, как от мухи. Галинка хохотала.
Керосин в лампе кончался. Пламя на фитиле колебалось, да и холодно стало. Дети сняли куколок с ёлки, поиграли с ними, а потом все шары и кукурузки сложили в авоську и повесили на самую вершину дерева. Свои валенки, шесть штук, надели на ветки, но этого показалось мало, всю композицию завесили простынями. Получилось потрясающее привидение. Радио замолчало. Нового года - мальчика ждать перестали, залезли на тёплую печку. Тоська предложила посоревноваться, кто ниже сползёт с печи. Она недавно устроила бега босиком вокруг огромного тополя напротив дома. Маленькая Галя разревелась на первом кругу. Все потом отогревались на печи. Возвращаясь из школы домой, мама обомлела, когда увидела следы босых ножек около дома. Никто не заболел, но за детьми стали усиленно смотреть.
Около печи на полу стояла дежа с тестом, прикрытая белой льняной тканью. Тесто уже поднялось, мягкой подушкой уперлось в ткань. Вся троица головами вниз спускалась к полу. Тося спустилась ниже всех, но вдруг сорвалась и упала с визгом прямо в дежу. Тесто почти всё вылезло на пол. Вкусно запахло кислым хлебом. Лида успела затащить Галинку на печь и с ужасом наблюдала, как Тоська по пояс в кадке дрыгала ногами и мычала. Сёстры кубарем соскочили с печи и поставили на ноги бедолагу. Все перемазались тестом. На лицо Тоськи тесто не попало, тряпочка закрыла плотно голову, а остальное всё было в липком тесте. Фитиль в лампе потрещал, и пламя потухло. Девочки в обнимку уснули на тёплых кирпичах.
На улице был ещё лёгкий сумрак, когда родители вернулись. Удивившись, что входные двери открыты, быстро зашли в комнату и остолбенели. Тесто всё на полу, в соседней комнате белое привидение, валенки на ёлке торчат. В углу храпит сторожиха. Испуганный вопль мамы её разбудил, она привстала на сундуке, и тут отец, взявшись за сердце, чуть не рухнул на пол. Взлохмаченные волосы, чёрные усы на лице, вытаращенные глаза няньки являли страшную и смешную картину. Сёстры по очереди слезли с печки и стали рядышком друг с другом.
- Что тут случилось? - строго спросил отец Марью Петровну. Та только мычала и размазывала чёрную краску по лицу. Сёстры хохотали. Родители поняли, что это их очередные проделки.
- Почему двери у вас открыты, Чапаев ты наш? - строго спросил отец у Марьи Петровны.
- Ну я, дык, всё спрятала, что вы велели. Больше она ничего не могла вымолвить.
- А двери это я открыла, - заговорила Лидушка. - Мы Новый год ждали. В радеве его не было. Думали, что он с улицы придёт. Но он так и не пришёл. - И зарыдала в голос.
- Вы ушли, а нам было скучно, - сказала Тося. Она стояла, как аистёнок, на одной ноге, другой пыталась оторвать с ноги кусок засохшего теста. Было больно, и она тоже заплакала, за компанию заревела и Галинка.
- Мы соревновались, - хором причитали дети.
Отец обнял всех сразу, прижал к груди:
- Всё-всё, мои драгоценные! А Новый год пришёл, он всегда приходит ко всем, где бы они ни были и что бы ни делали.
- С Новым годом, дорогие! Хлеб вот только не испеку, - посетовала мама.
- Будем пряники есть? - спросил отец.
- Будем, будем! - радостно закивали сёстры.