Миссионер и Айболит Владимир Конкин

10 февраля 2012, 23:00 1529
© Мичуринская правда - http://www.michpravda.ru/ (02/10/2012 - 08:38)

Чтобы в семье царили лад и понимание, над отношениями следует работать, беречь чувства, соединившие двух некогда живущих порознь людей в единое целое. Но отчего-то происходит иногда так: над тихой семейной гаванью нависают грозовые тучи, холодный ветер непонимания и упрёков остужает когда-то пылкие сердца. И тем двоим, что раньше не мыслили себя представить друг без друга, вдруг кажется: их брак ошибка.

Вот и для молодой жены английского делового, вечно занятого лорда (в спектакле по пьесе английского драматурга П. Шеффера "Муж, жена и сыщик", недавно с успехом прошедшем на сцене Мичуринского драматического театра) статус жены внезапно стал невыносимым бременем. И тут, конечно, как нарочно, на горизонте замаячил Он. Что зацепило женщину в этом немолодом, ничем не примечательном мужчине, с которым за две недели случайно-неслучайных встреч на улицах, в кинотеатре, музеях, планетарии ни разу даже не обмолвилась и словом? Да то, что незнакомец заставил её почувствовать себя особенной, способной очаровывать, приковывать внимание и интерес на расстоянии. Романтичная натура невольно увлеклась невесть откуда возникшим воздыхателем. Тут, кажется, недалеко и до лавстори, но в результате вышел большой конфуз. Уже далеко не первой свежести обожатель оказался вовсе не принцем и не рыцарем, покорно следующим за прекрасной дамой, а просто сыщиком, которого ревнивый муж приставил к своей охладевшей благоверной.
Вывод напрашивается сам собой: не рисуйте, дамочки, в разыгравшемся воображении летящих к вам на белоснежных скакунах особ голубых кровей! Может случиться, что после короткого общения с ними останется лишь пшик, как от сдувшегося воздушного шарика. Лучше ещё раз присмотритесь к своим вторым половинам. Есть вероятность, что ещё не всё так плохо и не совсем потеряно.
Детективы в создаваемых сценаристами образах, как правило, народ эксцентричный. Миссис Марпл - старушка-одуванчик, Коломбо - чудак в помятом старомодном плащике. Однако постоянно что-то жующий сыщик, сыгранный известным актёром Владимиром Конкиным, своей необычностью перещеголял всех вышеупомянутых. На постановку с участием популярного актёра, известного нам прежде всего по фильмам "Как закалялась сталь" (Павка Корчагин), "Место встречи изменить нельзя" (Володя Шарапов), в Мичуринский драматический театр пришло множество народа. Артистам, так на первый взгляд просто, а если смотреть вдумчиво, то глубоко и философски рассказавшим о незыблемости семейных ценностей, рукоплескали стоя. Владимир Алексеевич же в свою очередь благодарил за гостеприимство губернатора области О.И. Бетина, умеющих смотреть и понимать мичуринских зрителей, театр, в котором и сами стены помогают играть легко и вдохновенно, а также его директора Г.Н. Попову.
Опущен занавес. В приподнятом настроении зрители спешат по потемневшим улицам к себе домой. А нам, представителям местных средств массовой информации везёт, ведь предстоит ещё более близкое общение с любимым несколькими поколениями актёром, сыгравшим в 49 фильмах и во множестве спектаклей на лучших сценах нашей страны и за границей. Владимир Алексеевич оказался необыкновенно живым, эмоциональным и острым на язык собеседником. Особенно образно и не скупясь на речевые обороты, он говорил о том, каким видит предназначение современного театра и тех, кто отдал себя служению в нём. "Сейчас театры страдают от вопиющей пошлости, бездарности, глумливости над зрителями. Я благодарю Господа, что мне 60! - заявил В. Конкин и пояснил. - Потому что иначе я бы уже, наверное, умер оттого, что надо показывать вывороченные кишки, снимать штаны на сцене. Ради чего? Искусство - великий доктор. Если ты не ощущаешь своего миссионерства, не хочешь быть Айболитом, лечащим болезни общества, то и соваться в него не надо. Сцена не должна превращаться в ристалище. Вы помните, что Римскую империю в числе прочего разрушило и нравственное падение её народа. Не уготована ли и современным цивилизациям такая же участь? Сегодня мы опять подходим к языческому капищу, когда нравственные потребности человеческой души отходят на задний план. Скоро, кажется, и гладиаторские бои начнут проводить. Попробуйте эксперимент, развесьте объявления: "Только в Мичуринске. Живая смерть на сцене. Стоимость билетов - 100 тысяч рублей". Уверяю вас, из всей центральной России примчатся на чёрных “мерседесах” ребята, чтобы увидеть, как человека кокнут. Всё это свидетельствует о величайшем духовном кризисе, который проник и в искусство. Я лично не хочу смотреть на голую задницу, ни на мужскую, ни на женскую. Хотя сам и неравнодушен к женской красоте, но терпеть не могу обнажённого тела на сцене. А как можно спокойно относиться к тому, что на сцене МХАТа показывается матерщинная пьеса. Напрашивается к режиссёру вопрос: зачем?! Мы разве приходим в театр за этим, ты что, не слышал этого в подъезде, подворотне, или думаешь, ой, чего-то не расслышал, надобно побольше. Не стоит всю помойку тащить в искусство. Иначе могут наступить непоправимые последствия. Европа уже сдохла, как бывшая Мекка театральной культуры. Я знаю, о чём говорю, так как бываю там по нескольку раз в год. Тридцать с лишним лет я старался не пропускать фестивалей в Авиньоне во Франции, но с прошлого года зарёкся на них ездить. Потому что весь тот бред, наркотический идиотизм, вся паранойя, что там показывают, - это уже не палата №6: ведь если у Антона Павловича Чехова в его произведении есть какая-то надежда, то там её уже нет. Европа по большому счёту протухла.
Говорить о том, что дурно и что нет, имеет смысл. Необходимо пытаться сохранять чистоту тона, иначе мы захрюкаем. Когда я вижу каждодневно мелькающие на телевизионном экране мерзоидные рожи, то ощущаю, что меня, как беременную женщину, тошнит, и сейчас будет очень плохо.
Мне совершенно неинтересны смакующиеся в прессе информации о том, кто с кем, когда и сколько! Некоторые считают меня вредителем, потому что я нарушаю чистоту всеобщего маразма. Но я буду стоять, как Брестская крепость, и не допущу в своё творчество ни низменности, ни распутства. Не приходите на мой спектакль, желающие насытиться скабрезностью, пошлятиной. Не позволю, чтоб кто-нибудь сказал: “Ну-у, и Конкин туда же!”. Моя 40-летняя практика не даёт мне ни малейшего шанса в том преуспеть. Радует, что в своих убеждениях я не одинок. Мы любим зрителя, поэтому делаем то, что, считаем, спасёт его нравственную чистоту, поможет укрепиться во мнении, что среди нас не все крокодилы и павианы, мерзавцы и мздоимцы. Спектакль, который сегодня показали мичуринцам, и то, как на него реагировали зрители, доказывает - наш труд не напрасен. Эту постановку, которая готовилась к моему 60-летию, играем уже почти год. И посвящаю её я памяти своей покойной супруги, с которой прожил 39 лет. Все эти годы я хотел нравиться жене. Конечно, характер у меня не подарок. Артист не может быть зайчиком-побегайчиком и паинькой. Но между нами было великое чувство, которое нам дал Господь. Теперь я чувствую поддержку своей лапоньки на небесах. В спектакле мы призываем к сохранению семейных ценностей. Мужчинам же хотелось бы сказать, если хотите спасти свою любовь, вам нужно знать хотя бы два-три стихотворения. Чтобы ноги сгибались не оттого, что пьян, а потому что стоишь на коленях перед своей любимой и их читаешь".
В беседе с журналистами Владимир Алексеевич касался и других тем. Например, он говорил о том, что современные молодые артисты часто страдают звёздной болезнью. "Сам я впервые услышал слово гений год назад, но в него не поверил", - сообщил актёр. И рассказал, что слишком задирать нос в творческой среде - занятие опасное: "Пока ты ищешь, где же твоё место на этом звёздном небосклоне, ребята тебе уже вырыли яму, и ты в неё летишь. Лучше почаще опускать глазки вниз, долу".
Необыкновенно интересный, словоохотливый собеседник мог многое ещё поведать журналистам, но нужно было возвращаться в столицу. До поезда оставалось совсем немного времени. Закончить эту публикацию хотелось бы словами, которые В.А. Конкин говорил собравшимся в зрительном зале мичуринцам после спектакля: "Хотите, верьте, хотите - нет, я никогда никому не завидовал! Мне 60. За плечами немало потерь: умерла жена, наполовину искусственное сердце, но многое и есть - трое детей, пятеро внуков, свой театр. У меня всё в порядке. Лишь огорчает, что в последнее время чаще приходится играть в Америке, Канаде, а не в родной России. Но важно, несмотря ни на какие обстоятельства и не взирая на проблемы, всегда оставаться человеком!”.