Морской бой Петра I

12 августа 2013, 23:00 2252

Не секрет, что у Швеции в начале ХVIII века был самый мощный военный флот в Европе. Беспрепятственно шведские корабли бороздили Балтийское море. И море это в Европе насмешливо называли «шведской лужей». Пётр I прекрасно понимал, что для победы над таким противником, как Швеция, мало сильной сухопутной армии. Нужен ещё и хороший флот. Вскоре эта проблема была решена, и русский корабельный флот буквально через несколько лет стал самым могучим на Балтийском море. Но это произошло уже в конце Северной войны, а весной 1714 года русский флот был по численности примерно в три раза меньше шведского.
В июле 1714 года русский флот в составе 99 галер, имея на борту 17 тысяч солдат, стал продвигаться к Аландским островам. Цель была очевидна – высадить десант на территории Швеции. Узнав о намерении русских, шведский король Карл ХII отправил навстречу русскому флоту эскадру вице-адмирала Ватранга и контр-адмирала Эреншельда. В составе шведской флотилии преобладали большие парусные корабли. Так, шведский флот состоял из 15 линейных, 3 фрегатов и нескольких галер. Напутствуя своих адмиралов и, видимо, нисколько не сомневаясь в исходе предприятия, Карл ХII отметил в своей речи: «Шведский флот испокон владеет Балтийским морем и не имеет пока достойных соперников. Не забывайте это и докажите русским, что здесь не украинские степи».
Когда русский флот подошёл к полуострову Гангут, его встретила тревожная картина – вдоль всего полуострова грозно стояли шведские корабли. Рассчитывать на прорыв не имело никакого смысла. Но и о том, чтобы повернуть назад, речи быть не могло. Вот тут-то и проявился полководческий талант Петра. Он решил использовать географическую особенность полуострова. Дело в том, что Гангут соединялся с материком узким перешейком. Пётр, желая обмануть шведов, приказал построить через этот перешеек переволоку из брёвен, якобы для того, чтобы перетащить галеры на противоположную сторону полуострова. Как и ожидал Пётр, адмирал Ватранг отправил часть своего флота к месту предполагаемой высадки русских. Тем самым шведский адмирал совершил роковую ошибку, сам ослабив свои силы.
Пётр зорко следил за противником. В его голове постепенно созревал план предстоящего сражения. Интересно, что ещё отправляясь в поход, Пётр тщательно изучил местность, характер моря, особенности погоды в этих краях. А ещё по его приказу были опрошены местные рыбаки. И выяснилось, что в конце июля в этих местах с ночи до полудня нет ветра, то есть, как говорят моряки, стоит штиль. Всё это здорово пригодилось Петру I во время сражения.
Напасть на шведский флот Пётр решил первым. Строительство переволоки было прекращено. «Нынче надобность в переволоке миновала, - сказал Пётр на военном совете вечером 26 июля 1714 года, - А мы пойдём там, где нас не ждут. Не мешкая, после полуночи сразу».
Наступило утро 27 июля 1714 года. В 4 часа, на рассвете, русские галеры двинулись кильватерной колонной на прорыв. Обнаружив русские суда недалеко от себя, шведская эскадра открыла огонь, но почти все ядра падали в воду, не достигнув цели. Ветра не было, поэтому шведские корабли были обездвижены. Попытка шведов спустить шлюпки с гребцами и тащить свои корабли, зацепив их буксирными канатами, не удалась. Шведские гиганты с обвисшими парусами ничего не могли поделать с быстрыми русскими галерами. Начался абордажный бой. Русские галеры вплотную подходили к шведским кораблям, матросы перебирались на корабли противника, вступая в ожесточённый рукопашный бой. Кстати, историки считают это сражение одним из последних, где применялся абордажный бой.
Самым ярким эпизодом сражения стал бой с фрегатом «Элефант» (по русски – «слон»), на котором находился контр-адмирал Эреншельд. Пётр предложил ему сдаться, но получил надменный отказ. Ещё бы! Ведь шведский флот в то время не знал себе равных. И никогда ещё шведские корабли не спускали флаги перед неприятелем! Необходимо отметить мужество, отвагу, с какими сражались шведские моряки. Да и их адмирал Эреншельд сделал всё возможное в тех условиях. Он грамотно построил оборону, расположив корабли полумесяцем. Две атаки русских галер шведы отбили. А вот третью отбить уже не смогли. О накале сражения говорит тот факт, что адмирал Эреншельд получил семь ран. Матросы пытались его спасти, но им это не удалось. Кстати, когда шведский адмирал оказался в плену, Пётр приказал своему личному врачу хорошо ухаживать за отважным адмиралом и сделать всё возможное, чтобы вылечить его. Только когда на «Элефанте» вспыхнул пожар, корабль был захвачен русскими моряками. Пётр лично руководил тушением ценного трофея. Вскоре сражение у Гангута закончилось. Русские галеры салютом из 98 пушек приветствовали победу. Но ведь галер было 99! Только одной русской галере не повезло – она села на камни, и весь экипаж (186 человек) был захвачен в плен. Пожалуй, это ничтожная плата за победу!
После сражения 98 русских галер с 15-тысячным десантом устремились к берегам Швеции. И пусть до окончания Северной войны было ещё довольно далеко (она закончится в 1721 году), итог её был уже очевиден. Россия одержала блестящие победы и на суше, и на море!