Русские в беде не бросают

15 августа 2014, 23:00 1771
© Мичуринская правда - http://www.michpravda.ru/ (08/15/2014 - 12:52)

Ирина с младшим сыном. Фото Юлии Голышкиной.

Как уже ранее сообщала «Мичуринская правда», Мичуринский район принял организованные группы беженцев, прибывших по железной дороге на Тамбовскую землю из палаточных городков Ростовской области. Наш корреспондент Юлия Голышкина побывала в селе Турмасово, где в бывшем здании врачебного участка нашли убежище 35 мигрантов с юго-востока Украины.

К аких-нибудь 10-15 минут, и редакционный автомобиль по старушке-дороге подъезжает к скромному, вытянутому длинным чулком одноэтажному зданию в селе Турмасово. Первыми, кого увидела, оказались дети, которые весело возились в большой куче насыпанного рядом с больничным корпусом песка. Звонкие голоса слышны и на порожках возле входа внутрь. На металлических перилах раскачивается, словно на гимнастическом снаряде, черноволосая смешливая девчушка.
- Вот она, наша именинница, Сашенька. Ей сегодня четыре годика исполнилось. Она в семье младшенькая. У неё есть ещё две сестрёнки семи и двенадцати лет, - ласково улыбается встретившаяся мне на пути женщина в простеньком выцветшем халатике.
Изнутри здание похоже на чистенькое, только-только отремонтированное общежитие. Комнаты пронумерованы. В каждой размещено по нескольку человек. С кухни тянется аппетитный запах борща, макарон с мясной подливкой, свежей выпечки. Пытаюсь определить, кто здесь за старшего. Справившие недавно вынужденное новоселье люди указывают на худощавого мужчину лет сорока с небольшим. Назвавшийся Юрием беженец из Луганска предлагает найти местечко потише. Расположившись в тени на деревянной лавочке, мой собеседник, нервно куря одну за другой сигареты, начинает свой рассказ.
Большую часть жизни он проработал водителем. Жил, как говорится, подобно многим другим. Вместе с женой и сыном строил планы на будущее. И никак не предполагал, что развернувшиеся на Украине события поставят крест на всех замыслах, начинаниях. Из Луганска семейство вынуждено было бежать в Россию. Вновь прибывших направили в палаточный лагерь Ростовской области. Вместо предусмотренных 900 убежище от войны в нём искали 1400 человек. Поэтому места в палатках нашлись только для маленьких детей и их мам. Всем остальным, включая Юрия, его жену и 17-летнего сына, пришлось спать на земле под открытым небом. Через два дня часть людей перевезли в другой только-только установленный лагерь. Пожили там некоторое время и снова в путь: на Тамбовскую землю. Условия в ставшем для мигрантов домом бывшем больничном корпусе, по словам Юрия, приятно удивили. Ожидал, мол, гораздо худшего. На вопрос, с какими проблемами столкнулся на новом месте, горько ответил: «Здесь всё устраивает. Наши беды начались гораздо раньше. Поставьте себя на наше место. Представьте хотя бы на мгновение, что вы бросаете в своём родном городе двухкомнатную квартиру с мебелью, холодильником, телевизором, компьютером, берёте сумку, кладёте в неё минимум вещей, документы и приезжаете в другую страну. В кармане двадцать рублей, нет никаких знакомых, и вам приходится начинать строить жизнь заново»… И тем не менее Юрий старается не унывать. Первым делом планирует найти работу, определить сына в новое учебное заведение. В Луганске паренёк окончил первый курс колледжа, где обучался на системного администратора.
Доносящееся из открытого окна громкое агукание переключает внимание на себя. На пороге появляется немолодая женщина с голеньким младенцем на руках. Мать троих детей и бабушка Ирина соглашается принять участие в беседе.
- Это моя внученька. Снежаночке недавно исполнилось шесть месяцев, - сообщила моя новая знакомая. В палаточном лагере она начала ползать. А здесь, в день прибытия на Мичуринскую землю, порадовала нас первым зубиком!
Ирина говорит спокойно, тихо. А глаза грустные-прегрустные, в них читаются и горесть, и тревога. В Турмасово из Горловки приехала она вместе с сестрой, дочерью, зятем, их малышкой и своим младшим четырнадцатилетним сыном. Но на юго-востоке охваченного войной государства осталось ещё много дорогих людей. И судьба их ей сегодня неизвестна. Связи с близкими не было больше недели.
- У меня муж на Украине, старший сын, беременная невестка, братья, - тихо вздыхает женщина. - Как только начались боевые действия, шахта, на которой трудился мой супруг, закрылась, и он пополнил ряды ополченцев. Ушёл к донским казакам, сказав, что не может отсиживаться, надо как-то защищать свой народ. С тех пор я его мало видела. Чаще общалась по телефону. В коротких переговорах муж рассказывал, как участвовал в вывозе детишек из осаждённого Славянска. В это трудно поверить, но маленьких ребят, беременных женщин целенаправленно обстреливали. В национальной армии знали, что эвакуируют самых беззащитных граждан, и пытались бить по наиболее уязвимому. По дороге к автобусам ополченцы плотным щитом закрывали детей, но, несмотря на это, немало всё же было раненых.
Вспоминал в разговоре с женой мужчина, как однажды он с товарищами захватил в плен солдат. Посаженные в подвал военные оказались испуганными восемнадцатилетними призывниками. Жалко стало безусых пацанов. Им дали сотовые телефоны, разрешили позвонить матерям, а затем направили домой. Со стороны же украинских силовиков на гуманность рассчитывать не приходится. Вот в соседней Никитовке они неожиданно нагрянули на принимавших душ бойцов самообороны. Двоих убили, троим удалось скрыться. Но нападавшие на этом не успокоились. Забрали и увезли в неизвестном направлении членов семей ополченцев.
Как известно, нельзя делить всё лишь на чёрное и белое, ведь существует множество полутонов. В той же Никитовке произошли события, прямо подтверждающие эти слова. Населённый пункт подвергся обстрелу. Снаряды упали на жилые строения, но почему-то не разорвались. Иного решения, чем переносить вручную опасные «гостинцы» подальше от мирных граждан, не придумали. Когда стали осторожно приподнимать смертоносный груз, он оказался на удивление лёгким. Вскоре выяснилось, что внутри нет никакой начинки. Вывод напрашивался сам собой. Украинских военных заставили участвовать в карательной операции против жителей юго-востока, но среди них нашлись люди, не желающие воевать с народом. Они-то и выпустили относительно безопасные болванки вместо настоящих снарядов.
Ирина с грустью рассказала и о своих последних неделях жизни в Горловке. Первым в городе разбомбили хлебозавод, затем досталось находящейся неподалёку от их дома больнице. А вскоре населённый пункт погрузился в темноту. Вслед за электричеством недоступной роскошью оказался газ. Готовить еду стало невозможно. Грудная внучка плакала и отказывалась от неподогретого детского питания. К тому же наступило полное безденежье. Зарплаты и пособия не выдавали. С каждым днём жить становилось всё страшнее и страшнее. «Бахало» то здесь, то там. Однажды знакомый мужчина в трусах и тапочках вышел на улицу в туалет. И прогремел взрыв. Спустя считанные мгновения хозяин вместо ухоженного отремонтированного дома с недавно вставленными пластиковыми окнами, асфальтовыми дорожками во дворе, добротным металлическим забором увидел лишь развалины и глубокую воронку.
Мать троих детей засобиралась в дорогу. Старший сын отказался ехать. Он так же, как и отец, записался в ополчение. Беременная супруга молодого воина решила остаться с ним. От Горловки до Антрацита многочисленное, но, увы, неполное семейство добралось на электричке, а дальше донские казаки бесплатно переправили беженцев к пограничному пункту «Изварино».
- Мы благодарны всем за то, что не остались равнодушными. Нас встретили тепло, по-доброму, прекрасно кормят. Единственное желание теперь увидеть поскорее близких живыми и здоровыми. Но вот на Украину вряд ли я вернусь. Младший сынок пойдёт учиться в восьмой класс в Турмасовскую школу, подрастёт внучка, определим её в детский садик, а сами, надеюсь, в скором времени начнём на хлеб зарабатывать своим трудом.
Беседа наша подошла к концу. Неожиданно у корпуса больничного учреждения появились местные жители. Гости заглянули к беженцам не с пустыми руками: принесли картошку, помидоры, огурцы, груши. Вынужденным переселенцам помогают не только представители местной власти, но и простые люди. Ведь русский народ, как известно, милосердный и всегда готов протянуть руку помощи тем, кто попал в беду.