Тува. Туда… и обратно

21 ноября 2016, 15:40 1443

Увидеть своими глазами новые земли, побывать там, где ещё не бывал, ощутить вкус свежего ветра приключений. Любовь к путешествиям - истинная страсть, которая не проходит с годами. Всё это зовёт в неизведанные земли, и не очень верится в опасности, кроме тех, которые может преподнести погода. Счастливо избежав ловушек природы, можно вспоминать о них со смехом в кругу друзей, готовясь к новым испытаниям.

© Мичуринская правда - http://www.michpravda.ru/ (11/21/2016 - 16:38)

Вид на аржаан. Фото Владимира Дмитриева.

Мой собеседник, член совета директоров АО «Мичуринский завод «Прогресс», почётный гражданин города Мичуринска Владимир Анатольевич Дмитриев - любитель путешествий, он не раз бывал в пеших и водных походах по Крайнему Северу, поднимался в горы, сплавлялся по бурным рекам, ходил в дальние лыжные переходы. Путешествие, о котором он мне рассказал, хотя и вышло недолгим, много короче, чем предполагалось вначале, но поучительным. Речь шла о том, как неожиданно могут измениться обстоятельства, когда, казалось бы, всё предусмотрено и распланировано. Никогда нельзя забывать о том, что предусмотреть всё невозможно.

- Скажите, как к вам пришла идея отправиться в столь «необжитые» туристами места, как Тува?
- В этой республике, если верить туристическим справочникам и газетным статьям, кроме живописной природы, есть целебные источники, которые помогают от многих болезней. Местные их называют аржаанами. И один из них, судя по статье «Зеница ока» в газете «Жизнь», излечивает от глазных заболеваний. Проблемы со здоровьем есть у каждого, вот и захотелось провести путешествие с пользой - не только пройти по красивейшим местам страны, но и поправить здоровье. Совместить приятное с полезным, как говорится. Так что дело было за малым - установить маршрут, найти карты местности и собраться в дорогу. Цель маршрута мы определили совместно с ещё двумя моими товарищами, с которыми я не раз путешествовал, - пройти по горам Западных Саян, затем спуститься вдоль реки, поудить в ней рыбу и в заключение выйти к аржаану Аспаты. И потом - домой.
Мы знали о недружелюбии этих безлюдных мест, поэтому вели подготовку очень тщательно: рассчитали вес рюкзаков, поскольку идти предполагалось пешком, продумали всякие необходимые мелочи, тщательно изучили по картам маршрут, нарисовали схемы всех этапов пути. Так что, казалось, готовы ко всем случаям жизни. Опасения вызывали только сложности района - заморозки, другие погодные аномалии. Вроде бы учли всё возможное и невозможное. Отбытие назначили на первую неделю июля.
Но всё пошло не так с самого начала. Начнём с того, что один из нашей группы неожиданно заболел, пришлось срочно перекладываться, в итоге вес рюкзаков сильно возрос. Конечно, может быть, стоило перенести запланированное путешествие, но не хотелось сдаваться перед обстоятельствами, не привык пасовать.


- Как же началось путешествие?
- Сначала всё шло по плану. Нас встретили тувинец Орлан и старовер Николай, мы оформили пропуски, поскольку шли в приграничные районы, и утром нас перевезли в Кызыл-Хай, это 250 километров по асфальту и 230 по бездорожью. Договорились о дате, когда нашу группу заберут, за десять дней мы должны были пройти до источников и найти озеро, которое находится недалеко от них.
Хочу сказать, что это очень красивые места. Дорогу окружают горы, и самая высокая из них Монгун-Тайга (3976 метров). Местных почти не встречали, только пастухов, которые охраняют стада сарлыков - тувинских яков, баранов и другой скот. И хотя говорили, что местные чужаков не любят, мы проявляли дружелюбие, и всё было нормально.
После того, как перешли через мост над рекой Моген-Бурен, уже к вечеру организовали стоянку. Тут нас поджидал ещё один неприятный сюрприз. У пастухов я спросил, правильно ли мы идём к источнику, но ответ обескуражил - по их словам, Аспаты находятся совсем не там, где показаны на карте. Там, куда нас направляли местные, на карте были обозначены совсем другие названия.
Но, как говорится, делать нечего, пришлось развернуться и идти по той же дороге назад. Настроение не слишком весёлое - солнце, жара, воды мало, поскольку собирались идти вдоль реки, из которой намеревались брать воду на питьё и готовку, а главное, цель не достигнута, озера так и не увидели и вряд ли увидим. Тут судьба пошла нам навстречу, проезжающий мимо «уазик» затормозил, и водитель спросил, нет ли у нас лекарства для сына, парень лет пятнадцати простыл на рыбалке, поднялась температура. В аптечке нашёлся ингавирин, и пока парнишка принимал лекарство, мы снова уточнили дорогу к источнику. По словам тувинца, нам надо было добраться до реки Аспайты, а поскольку он направлялся в ту же сторону, предложил нас подвезти. Так что мы, можно сказать, напросились к нему в попутчики. Всё-таки рюкзаки были слишком тяжёлые, едва ли не в треть моего веса. Река, к которой мы направлялись, - естественная граница между Россией и Монголией.
Машина была не новая, несколько раз останавливалась, ехали пятнадцать километров в час, но до реки всё-таки добрались. Дорога - пересохшее русло - привела нас в одно из красивейших мест, которое я когда-либо видел. Зелёные лиственницы, белые и чёрные вершины гор - чем-то всё это напоминало Швейцарию. Внизу - источник, к которому мы так стремились, кругом ходят люди, вдалеке юрты пастухов. Там же познакомились с тувинцем Торадо - привёз сюда внука на лечение. Он и показал нам смотрительницу Шойдан Шалынчы, знахарку, о которой говорилось в статье, что привела нас сюда. Вода в источнике - руки мёрзнут, говорят, один-полтора градуса по Цельсию.
Тут и обустроили стоянку. Решили, раз уж свой запланированный путь не прошли, отправиться по тропам вдоль гор. Конечно, необходимо было произвести разведку (картам уже не верили), чтобы пройти к озёрам, замкнув круг. Ориентир был знатный - гора (3717 метров).
Утром позавтракали, закрыли палатку и пошли по намеченной дороге. Пройдя озеро, мы встретили два пограничных столбика с гербами: с серебряным российским и золотым монгольским. Сфотографировались рядом с ними, как впоследствии оказалось, совершив «тяжелейшее» правонарушение, и направились дальше. Шли мы по российской стороне, и поэтому, увидев какой-то домик, смело устремились прямо к нему спросить путь. Была одна тонкость, которую мы не знали. Дело в том, что от столбиков надо посмотреть в сторону, чтобы увидеть ещё один и держаться этой прямой линии. Мы с моим молодым напарником якобы по-прежнему шли по российской дороге, кто же знал, что этот участок ведёт по диагонали на монгольскую сторону...

- Так вы смело шли прямо через границу, так сказать, покидая родину?
- Ну да. Был там человек, без формы, в майке, так он едва ли нам не махал, приглашая подойти поближе. Рядом с ним стояла собака, я ещё спросил, не укусит ли, он замотал головой, типа, нет, она смирная. Я спрашиваю на русском, он отвечает по-своему и односложно. Приглашает подойти поближе, с улыбкой подходим, а в ответ слышим за спиной щелчок затвора автомата, и в спину упирается ствол. Затем нас оглушают вопли: «Монголия! Монголия!»… Под дулом автомата пришлось зайти в дом.
Нас усадили на кровать, предложили чай и еду. Во рту разом пересохло, и есть почему-то расхотелось. Оставалось надеяться, что, раз мы совершенно открыто пришли по российской дороге, то недоразумение скоро разрешится. Но это так думали мы.
Дело в том, что этот пограничный пост был установлен совсем недавно - этим путём алтайцы угнали табун лошадей с монгольской стороны, и монголы жаждали поквитаться. А если учесть, что за каждого нарушителя они имеют награду - отпуск домой, то парочка туристов для них была совсем не лишней.

Пришлось ждать начальника. Чтобы «нарушители» предстали перед ним во всей красе, на нас надели наручники и завязали глаза. Примерно через час нас перевезли в погранотряд. Между собой разговаривать было запрещено. Так прошло около четырёх часов, ждали русскоговорящего офицера. Тот прибыл, начался длившийся почти два часа разговор. Майор учился в Хабаровске, хорошо говорил по-русски, собственно, было подозрение, что и другие понимали, о чём идёт речь, но в разговор не вступали. Благо ещё, что у нас с собой не оказалось ничего - ни навигатора, ни сотовых телефонов, которые остались в палатке. После меня говорили с моим молодым напарником, но ничего нового не узнали, да и что мы могли рассказать?
Затем снова предложили ужин, состоящий из отварных кусков конины и лапши, но я отказался, разозлившись на то, что нас не остановили, когда мы приблизились к границе. Мысль о том, что все документы, деньги, билеты остались в палатке, не давала покоя. Мы же рассчитывали вернуться засветло, а не сидеть с монгольскими пограничниками в роли шпионов. Так что судьба документов находилась под большим вопросом. Опять же наручники и завязанные глаза не располагали к сладкому сну.
Нам сказали, что утром, часов в одиннадцать, за нами прибудут российские пограничники и заберут с собой. Ночь прошла беспокойно, болела спина, есть не хотелось в отличие от напарника - тот не отказался от монгольского «гостеприимства» и смёл всё подряд, что предложили на ужин и завтрак.
Утром в сопровождении автоматчиков, как опасных шпионов, нас вернули к тому же домику в лощине. Ждали наших. Прибыли два старлея, им пришлось ехать 100 километров на «Урале» военного образца. Первым делом нас успокоили, что ничего страшного не произошло, но на обмен монгольская сторона не согласилась, пришлось оформлять протокол. Они нам и рассказали и про табун, и про этот пост, и про то, что теперь задержавшие нас монголы поедут в отпуск. Ну пускай отдохнут… за наш счёт. Фотоаппарат нам тоже вернули, только пока просматривали на предмет шпионажа, занесли вирус, который стёр фотографии за три года.
После формальностей нас повезли уже на нашу заставу. Это была ещё та дорога. Поездка на «Урале» - одно из самых страшных воспоминаний всей жизни. Рюкзаки, до того прочно привязанные, отлетали от бортов, приходилось их ловить, мотало и швыряло во все стороны. И так все сто километров пути. Не хотелось бы мне когда-нибудь повторить эту поездку.
На нашей погранзаставе нас накормили и вообще встретили, как родных, даже выяснилось, что у одного из офицеров бабушка из Рассказово. Так что земляк оказался. Многое на заставе поразило. Наверное, потому что от дома далеко, острее чувствуют здесь плечо товарища, живут одной семьёй, офицеры и солдаты едят за одним столом, и даже подаренный мной командиру небольшой кусочек сала тут же оказался разрезан на тонкие ломтики по числу присутствующих за обедом.
Наши не стеснялись в выражениях по поводу поведения монгольских погранцов. И тут только выяснилось, почему те особенно просили подчеркнуть, что нас кормили-поили и хорошо обращались. Перед этим с той стороны передали сильно избитого задержанного, и наши были крайне недовольны таким обстоятельством. Так что хорошим с нами обращением монголы, так сказать, реабилитировались перед российскими коллегами.
Мы неплохо отдохнули на заставе, нас даже предложили подвезти на всё том же «Урале» к хорошему месту рыбалки, но, подумав о предыдущей поездке на нём, я мысленно содрогнулся, и было решено возвращаться домой. Так наш поход, рассчитанный на десять дней, сократился более чем в половину.


- Какие же итоги этого «монгольского» похода вы считаете особенно важными? И помог ли источник?
- Естественно, зрению это нисколько не помогло, да и времени на лечение было в обрез, хотя кое-какие мысли появились на этот счёт.
Главный вывод, наверное, - прислушиваться к себе и знакам, которые подаёт судьба. Нас всю дорогу сопровождали какие-то неприятные мелочи, то часы остановятся не вовремя, то отправимся не в ту сторону, много чего... не говоря уже о том, что наш товарищ заболел прямо перед вылетом.
Было неправильным, не дождавшись третьего члена путешествия, отправиться вдвоём в настоящую дыру, в которой, если заблудишься, никто тебя никогда не найдёт, а что случись, помочь будет некому. Двое - это неправильно. Было ошибкой не взять с собой навигатор. И особенно опрометчиво - верить непроверенным картам.
Мы много сделали неправильного. Но судьба преподносит нам уроки, чтобы мы на них учились и, рассказав о них другим, предупредили. Поэтому я и поведал об этом нашем тувинском путешествии.

Наша справка

Республика Тува (столица - город Кызыл) является субъектом Российской Федерации. Она входит в состав Сибирского федерального округа. Весь край находится в живописном регионе Западного Саяна. Так что в Туве есть и заснеженные пики с вечными ледниками, и тундры, и тайга, а также степи и даже полупустыни. В плане туризма край интересен ещё и тем, что здесь, ввиду географической обособленности, сохранились нетронутыми национальный колорит и древние традиции кочевников. Сюда приезжают полюбоваться красотами гор и поправить здоровье в местных целительных источниках.
Город Кызыл находится всего в 20 километрах западнее географического центра Азии. На юге Тува граничит с Монголией, а с трёх остальных сторон - с такими субъектами Российской Федерации, как Бурятия, Хакасия, Алтай, Красноярский край и Иркутская область. Территория Республики расположена, таким образом, в Восточной Сибири, на самом юге нашей страны. Восемьдесят процентов её земель занимают горы. Высоты Саянских пиков колеблются от двух до трёх километров над уровнем моря. На западе края возвышаются Алтайские горы. Здесь сосредоточены наивысшие точки Республики: Монгун-Тайга (3976 м), Ак-Оюк и Монгулек. В Саянах, в верховьях Большого Енисея, расположено плато из базальта Дерби-Тайга, где находятся шестнадцать считающихся потухшими вулканов.
Тува или Тыва? Многих приводит в замешательство это двойное название. Может, речь идёт о двух разных республиках? Нет, об одной и той же. Просто звук в названии субъекта представляет собой нечто среднее между буквами «у» и «ы». В царской России и Советском Союзе практиковалось первое произношение. Но в 1993 году была принята новая конституция этого субъекта Федерации. Согласно ей он стал именоваться Республика Тыва. Тува не исчезла с карт нашей страны, оба наименования равнозначны. Официальное название субъекта Российской Федерации - Тыва. Площадь республики - 168 604 квадратных километра. На столь внушительной территории проживает довольно небольшое количество людей. По последним данным (2015 г.), численность населения Тывы составляет всего 313 780 человек.